Союз костей и мяса. Эпоха Мамытбекова от министра до лоббиста.

Для любого бывшего крупного чиновника в Казахстане, после того, как его «выпиливают» из системы, есть три простые, но архиважные задачи. Легализация, еще раз легализация, а так же бесконечная демонстрация того, как много потеряла власть, избавившись от персонажа. Цели? Получение социального статуса, соответствующего уровня, и возможность на законных основаниях сохранять привычки и уровень жизни таким образом, чтобы не привлечь внимание комиссаров. Таким образом, говорить о гениальном прошлом, и никчёмном настоящем, вопрос выживаемости во времени. Можно конечно уйти, спрятаться, попытаться заняться бизнесом, но все это простая трата денег. К сожалению, лоббизм, как предпринимательская деятельность, официально в Казахстане запрещена, а доступ в кабинеты и список заветных телефонов есть, а он открывает огромные возможности в решении этих трех задач, приходится искать обходные пути вот и записываться в общественниками.

Небосклон общественной жизни страны просто переливается от маленьких и больших звезд «эксов». Их выступления становятся хитами социальных сетей и больших медиа. Их гениальные мысли цитируют и обсуждают, хвалят за смелость и новизну, за оппозиционность и нестандартность. Новый герой — Асылжан Мамытбеков, экс-министр сельского хозяйства РК. Недавно СМИ распространили его заявление, что мясное животноводство в Казахстане состоялось как отрасль. Внезапное «открытие» главы «Мясного союза» произошло на одном из официальных мероприятий объединения. Бывший министр, нисколько не смущаясь, рассказал, что в домамытбековскую эпоху с мясом в стране ситуация была просто катастрофическая, как и с мясными производителями, и только теперь наступила полная благодать. Есть место удивлению? Где же страна брала мясо и из чего варила все эти годы борщи и бешбармаки? Но это не важно, если знать, что в переменах есть доля заслуг бывшего министра. По словам руководителя профильной ассоциации, отраслевые реформы довели число племенного скота до оптимальных размеров.

Что такое оптимальные размеры и что же такого произошло в отрасли, пока без цифр дающих представление во сколько это обошлось стране и кто теперь этим пользуется. Итак, что же было сделано? По мнению общественника, сформирована технологическая цепочка производства и переработки мяса. Фермеры начали объединяться в крупные предприятия. Племенной статус стал присваиваться животному, а не хозяйству.

Государственные субсидии были «развернуты» на покупателей племенной продукции, производителей ограничили. Деньги крестьянам стали выдавать ежемесячно, а в не в конце года. Убрали все фиксированные цены, создав рыночные условия. Ну, и наладили импорт племенного скота для всех фермеров.

Было ли подобное достижимо в советском и постсоветском Минсельхозе? – задал вопрос Асылжан Сарыбаевич. Безусловно, нет, поскольку чиновники не способны решить такие задачи, а он смог, он изменил все, и даже больше.

Who is Mr. Мамытбеков, с кем связан и что сделал для животноводства и главное почему он стал руководителем отраслевой организации, чей залог успеха обеспечил будучи министром? В биографии главы «Мясного союза два «захода» на должность главы Минсельхоза. Плюс к этому руководство скандальным агрохолдингом «КазАгро». Тогда, в 2008 году в национальную компанию пришли первые «большие деньги» – около 120 млрд тенге из Национального фонда. Средства были направлены на поддержку аграрного сектора. Уже следующий год холдинг закончил с убытками в 12 млрд тенге и у нацкомпании начались проблемы, которые не могут решить до сих пор.

Кстати, на посту главы Минсельхоза господин Мамытбеков был самым критикуемым министром. За время его руководства – 2011-2016 годы – в агросектор было «вбухано» около 4 трлн тенге, однако советующего инвестициям развития АПК так и не получил. За пять лет Мамытбекову не удалось довести до конца ни одного начинания. Его усилия лишь «консервировали» проблемы, оставив их решения «следующим поколениям» чиновников. Министр подвергался неоднократной критике со стороны президента Назарбаева, ему даже сделали выговор о неполном служебном соответствии. В итоге, он «погорел» на земельных поправках, так и не сумев объяснить их цель населению.

В 2010 году по инициативе Мамытбекова «родился» проект «Развитие экспортного потенциала мяса крупного рогатого скота Республики Казахстан», в этом же году и стартовал. Предполагалось, что благодаря этому детищу к 2020 году на 61% вырастет поголовье крупного рогатого скота, экспорт — до 180 тысяч тонн в 2020 году. Отчетная дата на пороге, деньги потрачены, ничего не произошло, кроме громкого отчета об успехе отрасли.

Только после системного банковского кризиса, банкротства нескольких флагманов отрасли, последующего ухода «южной группы влияния» из Минсельхоза, чьим представителем был Мамытбеков и глубокого анализа со стороны, власти страны обратили внимание, а затем и осознали аховую ситуацию в отрасли. Когда рождался проект «Развитие экспортного потенциала мяса КРС» за предшествующие этому 20 лет поголовье крупного рогатого скота в стране сократилось с 9,7 млн голов до 6,1 млн. Производство говядины уменьшилось с 709,6 тыс. тонн до 396,09 тыс. тонн. А вот доля импортной говядины выросла более чем в три раза до 19,36 тыс. тонн. Так что идея улучшить генетический потенциал отечественного стада, и ввоз в страну племенных быков и тёлок из-за рубежа, казался неким решением проблем отрасли и обещал Казахстану перспективы безудержного роста, и как следствие экспортный потенциал, долю на рынке соседней России, как мы видим не принесла ожидаемого эффекта.

За два года в страну завезли 40,5 тысяч голов скота, за который вывалили десятки миллионов долларов. Но статистика – вещь упрямая: производство мяса в убойной массе за 2014 составило 900,2 тыс. тонн и уменьшилось по сравнению с 2010 на 3,9%. Крупного рогатого скота в стране стало меньше еще на 142,6 тыс. голов. Секрет оказался прост: чтобы породистый скот «дал урожай», его нужно качественно кормить, а кормовой базой почему-то никто не занимался. В июне 2015 Мамытбеков заявил, что в 2014 Казахстан экспортировал менее 7 тыс. тонн говядины, при импорте в 16,8 тыс. тонн.

Когда в 2018 году в кресло министра сельского хозяйства сел Умирзак Шукеев, в ведомстве снова появился Мамытбеков – уже в качестве ответсекретаря. И снова потекли ручьем деньги на развитие животноводческой отрасли. Родилась новая программа развития мясной отрасли, рассчитанная на 10 лет. Амбиции Мамытбекова перешагивали все разумные границы: за десять лет поголовье КРС должно удвоится, производство мяса — вырасти в три раза. А в 2028 страна отправит на экспорт миллион тонн мяса. Не стоит перечислять все те мифические планы, которые пришли в голову Мамытбекову, отмечу только, что бюджеты на их реализацию, согласно программе, должны идти через Мясной союз. Более того, Минсельхоз повысил квалификационные требования к племрепродукторам — теперь при каждом должна быть откромплощадка на 1500-3000 голов. Выполнить это условие по силам оказалось только крупным животноводческим фермам, входящим все в тот же Мясной союз.

Несмотря на то, что ни Шукеева, ни Мамытбекова уже в Министерстве сельского хозяйства нет и в помине, программа считается действующей и Сапархану Омарову, министру МСХ досталось очень сомнительное наследство и разобраться с ним ему, судя по всему, не по силам. Любое решение, любое изменение встречает активное сопротивление. Мощное лобби и информационный ресурс дезавуируют любые начинания, а деньги позволяют не стесняться в выборе инструментов.

При этом, за годы Мамытбекова во главе Министерства была практически полностью истреблена отечественная аграрная наука, без которой все обречено на провал, ведь именно ученые занимаются систематизацией знаний и их имплементацией. Процитирую главу Академии сельскохозяйственных наук Казахстана Гани Калиева:

«Наука переживает сегодня не лучшие дни. Даже в то время, когда в начале 90-х мы создавали сельхозакадемию, у нас было около 40 научно-исследовательских института, 50 опытных хозяйств и станций. И финансирование науки шло отдельно, в размере 1,2% от валового внутреннего продукта сельского хозяйства. К настоящему моменту денег стало в 8 раз меньше — 0,16-0,17% от ВВП. Сам объем внутреннего валового продукта на 40% ниже, чем в 1991 году. То есть, на сегодня объем финансирования фактически сократился в 15-16 раз!».

Уничтожение науки выглядит логичным только в одном случае, если есть необходимость что-то скрыть. Любые системные изыскания, точная статистика, анализ данных в разрезе, легко разбивает ошибочные теории еще на стадии их разработки, а уж если что-то подобное становится проектом, то профессиональные исследователи всегда способны указать на его ущербность, а оно кому-то надо?

Возвращаясь к лозунгам, в 2013 году министр Мамытбеков обещал гражданам мясо по 500 тенге за кило. Министерские фантазии должны были реализоваться к 2020 году, но в том же году он умудрился накормить казахстанцев мясом старых коров из Беларуси. Якобы белорусские крестьяне предлагали цену ниже, нежели местные производители и это при том, что на развитие экспортного потенциала мясной продукции уже было выделено 785 млн долларов. Асылжан Мамытбеков клялся, что в планах министерства – зарубежные поставки на 60 тысяч тонн мяса. В начале 2019 года уже ответственный секретарь Мамытбеков заявил о возможном экспорте только в 25 тысяч тонн.

Кстати, с начала этого года Казахстан импортировал мяса на 42 млн долларов. Основными поставщиками оказались Беларусь, Украина, Россия, Польша и Парагвай. Страна завозит даже конину из Уругвая, Аргентины и Исландии. Так что, говорить о мифическом экспортном потенциале, заявленном экс-министром Мамытбековым, просто не приходится, а вот о доходном месте в «Мясном союзе» и его возможностях говорить нужно. Именно эта общественная организация стала инструментом борьбы с неугодными инициативами правительства. У людей короткая память и заявления исходящие из ассоциации воспринимают на «голубом глазу», а ведь каждая из них несет под собой одну цель – сохранить финансовые потоки и увеличить влияние.

Ныне в Мясном союзе утверждают, что мясная продукция может подешеветь. Нужно попросту увеличить производимое количество «сырья». Однако статистические данные опровергают «фантазии» нынешних подчиненных Асылжана Мамытбекова. После бесконечного спада. Миллиардных вливаний, «выпуск» продукта вырос на 5% и статистически Казахстан стал лидером в ЕАЭС по росту производства мяса и молока, это никак не отразилось на стоимости мяса. Куда уходят «рога и копыта», доподлинно неизвестно. О росте цен на мясо и молоко, а так же на хлеб говорят все кому не лень. Государство уже чуть ли не всем чиновничьим составом ложиться на амбразуру, в попытке их сдержать, но ничего не получается.

Ну и напоследок, Асылжан Мамытбеков оставил достаточно скромное наследие новому министру сельского хозяйства. По итогам первого полугодия 2019 года в структуре ВВП сельское хозяйство формирует всего лишь 2,4%, ну и можно утверждать, что все достижения, озвученные им, произошли не благодаря его усилиям, а, скорей, вопреки.

Источник: krivosheev.live

Аграрный детектив

В городском суде Петропавловска по уголовным делам полощут честное имя министра сельского хозяйства РК Асылжана МАМЫТБЕКОВА (на снимке). Судится председатель правления АО “Ак Бидай-Терминал” Рафаил ГАЛЯМОВ с корреспондентами информагентства “Казах Зерно”. Галямов требует взыскать с журналистов 100 миллионов тенге за порушенную деловую репутацию, сообщает Time.kz.

Хотя главный аграрий страны Асыл­жан Мамытбеков и не является на процессе ни истцом, ни ответчиком, но тень его незримо витает в зале суда. Дело в том, что предприятие, которое возглавляет истец, является “дочкой” Продкорпорации, а “папа” этой организации всем известен — это Минсельхоз во главе с Мамытбековым, которого так неосмотрительно критиковали в своих публикациях на сайте информ­агентства “Казах Зерно” журналисты, работающие под псевдонимами Лия СТРИК и Алимбек ГАБИТОВ.

Эти бессребреники, скрывшие свои имена, не рассчитывали на щедрое вознаграждение за свою информацию о ситуации на гостерминале, создающей условия для коррупции. Хотя, вступая в последний и решительный бой с коррупцией, наши бастыки даже готовы платить за сообщения об этом зле по твердым расценкам, повышающимся согласно тяжести преступления. Журналисты просто хотели выполнить “свой общественный долг по информированию всех заинтересованных граждан и госструктур о фактах паразитирования чиновников на государственной собственности”, как было заявлено в публикации “Коррупционные откровения министра Мамытбекова”. Теперь их обвиняют в клевете и хотят наказать на 100 миллионов тенге — вместе с информагентством, которое содействовало в выполнении общественного долга.

В цикле статей вышеназванных авторов рассказывается о некой зернотрейдерской фирме с крас­норечивым названием “Многострадальное зерно”, которая бе­зуспешно пытается воспользоваться услугами госпредприятия АО “Ак Бидай-Терминал” в морпорту Актау. Попытки отправить зерно за границу через морской порт растягиваются на месяцы, конт­ракты горят, поскольку четких правил очередности отгрузки на терминале не существует — все отдано на откуп монополисту. В условиях, когда плата за услуги терминала составляет по сравнению с теми же российскими портами сущие копейки, можно себе представить, как сильно хотят добиться дружбы руководства терминала многочис­ленные зернотрейдеры, большие и малые.

Чиновником создавшегося положения дел, по мнению журналистов, является министр сельского хозяйства. Впрочем, Асылжан Мамытбеков этого и не отрицает, только оценивает происходящее как благо. “Начиная с 2009 года мы увеличили эффективность работы терминалов в несколько раз и довели годовую перевалку до 700 тысяч тонн, но при этом находятся, конечно, те, кто скупил по 10 тысяч тонн зерна и говорит: “Пойду я отгружу”. Если мы дадим возможность отгружать (отгрузки зерна на экспорт через АО “Ак Бидай-Терминал”) таким непрофессионалам в этом деле, у нас там будет меньше 200 тысяч (тонн годовой перевалки зерна — В. М.)”, — без ложной скромности похвалился министр в одном из интервью. Это публичное высказывание и было воспринято журналистами как чистосердечное признание в оказываемом покровительстве крупным экспортерам зерна — о чем и написал автор одной из публикаций, достоверность которой сейчас оспаривается в Петропавловском суде

— Мы даже специально запрос сделали министру сельского хозяйства от ИА “Казах Зерно”, в котором прямо поставили вопрос: назовите, пожалуйста, фирмы, которые имеют право отгружаться через “Ак Бидай-Терминал”. И получили уклончивый ответ — таблицу, в которой были указаны названия тринадцати фирм с припиской “и др.”. В ответе говорилось не о тех фирмах, которые имеют право работать с гос­терминалом, а о тех, кто работает с ним на постоянной основе, — рассказывает шеф-редактор ИА “Казах Зерно” Виктор АСЛАНОВ.

Вопрос и ответ министерства были размещены на сайте информ­агентства как информация к размышлению

— Вообще, такой информации, свидетельствующей об отсутствии прозрачности в работе гостерминала, предостаточно. У “Ак Бидай-Терминала” даже сайта нет, а это же мировая практика. Это же стратегический объект, это порт. К примеру, если предприниматель в Новороссийском порту хочет отгрузиться, он заходит на сайт, там форма заявки в электронном виде. Заполняет ее, и все, это простейшая операция. А у нас? “Ак Бидай-Терминал” находится в Актау. Зерносеющие регионы — за много тысяч километров, страна-то огромная. И каждому приходится ехать в “Ак Бидай”, — перечисляет Виктор Асланов недостатки в работе терминала.

В Петропавловском суде на сегодняшний день состоялись два заседания по иску руководства АО “Ак Бидай-Терминал”. Адвокаты Рафаила Галямова ищут виновных, чтобы наказать за дерзкий наезд на министерство. Защитники журналистов ходатайствуют о приобщении к делу материалов о финансово-хозяйственной деятельности терминала в 2010-2011 годах. “В 2010 году терминал только наращивал свои объемы, вероятно, изучалась возможность, как “заработать”, в 2011 году мы увидели во всей красе все эти проблемы с экспортом”, — поясняет шеф-редактор информ­агентства.

Параллельно в Актау идет еще один процесс — по иску Агентства по защите конкуренции к АО “Ак Бидай-Терминал”. Примечательно, что антимонопольщики, начавшие расследование после серии публикаций на сайте ИА “Казах Зерно”, в действиях госпредприятия обнаружили-таки нарушение закона и хотят призвать АО к ответу. Только ситуация на зерновом рынке сегодня совсем не такая, как в прошлом году, и число свидетелей среди зернотрейдеров, которые прежде попадали в разряд непрофессионалов, поубавилось.

Но свидетелей на процессе в Актау все-таки наберется достаточно. Потому что есть люди, которые хотят поменять ситуацию и действовать по четким, всем известным правилам. Параллельно разрабатывается новый проект, если поломать систему все же не удастся. “Есть фирма, которая занимается альтернативной поставкой зерна в те же самые наши страны-импортеры. Они в открытую пишут, что, минуя агашек, минуя эти все проволочки, давайте с вами сотрудничать. Забудем, что у нас есть такой “Ак Бидай”. Ведь у нас же есть еще железнодорожно-паромное сообщение через морпорт Актау”, — делится секретными планами “непрофессионалов” шеф-редактор информагентства.

Виктор МИРОШНИЧЕНКО, фото автора, Петропавловск